Таксидермия. "Самарский Левша-2008"
Материал из Wiki.
Содержание |
История ремесла
ВОЗРОЖДЕНИЕ ЖИВОГО
Являясь подлинным искусством, а не ремеслом простого лишь набивания чучел, таксидермические работы требуют целого ряда качеств или свойств: интереса и любви к природе, наблюдательности, художественного дарования, способности улавливания изяществ и своеобразия животных обликов, линий, контуров, технической сноровки при работе с самыми разными материалами…
А.Ф. Котс
Таксидермии (от гр. taxis – приготовление, обработка и derma – кожа, шкура) – профессии, которой посвящены столь проникновенные строки, в нашей стране официально не существует. Ни одно учебное заведение России не выпускает таксидермистов, мастерство это передается из рук в руки. Нет единой точки зрения на то, что же это такое – ремесло или высокое искусство. Людей, занимающихся изготовлением чучел, крайне мало, настоящих мастеров – считанные единицы Первые приемы обработки звериных шкур осваивали еще первобытные люди. Элементы таксидермии использовали шаманы и колдуны, непременным атрибутом которых были звериные головы, хвосты и лапы. Древние египтяне изготовляли чучела домашних животных, которые отправлялись в загробный мир вместе с хозяином. Головами убитых на охоте животных украшали средневековые замки.
ВЕЛИКИЕ МАСТЕРА ПРОШЛОГО
Достоверная история отечественной таксидермической школы начинается с имени Ф.К. Лоренца. Федор Карлович Лоренц (1842–1909) был человеком выдающимся во многих областях. Его формальное образование ограничивалось всего лишь тремя классами ремесленного училища. Однако он стал крупным зоологом, автором научных монографий и многочисленных статей, посвященных птицам, членом трех Императорских научных обществ. Им впервые были описаны степной тетерев, северо-кавказский, талышский и туркестанский фазаны. Хорошо известный в профессиональных кругах как тонкий наблюдательный орнитолог, знаток куриных, гораздо более широкую известность Лоренц получил как таксидермист. «Возможно, что знакомству с первыми элементарными приемами в набивке чучел Лоренц был обязан указаниям какого-нибудь любителя. Но принимая во внимание, что даже среди профессиональных препараторов Федор Карлович... не имел себе равных даже за границей, приходится признать, что совершенством, которого он достиг в препараторском искусстве, Лоренц обязан был всецело самому себе – редкому сочетанию врожденной наблюдательности и художественного дарования»,– писал о нем А.Ф. Котс.
Начав с попыток сохранить свои охотничьи трофеи, Лоренц вскоре основал коммерческую таксидермическую мастерскую, которая стала лучшей в России и приобрела всемирную известность. Продукция фирмы Лоренца – огромное количество чучел глухарей, куропаток, хищных птиц, белок, зайцев, медведей – распространялась по биологическим музеям России и частным коллекциям. Работы Лоренца до сих пор можно увидеть в Дарвиновском музее и Зоологическом музее МГУ. Но успех Лоренца-таксидермиста был бы невозможен, если бы не было Лоренца-натуралиста. Его пример убедительнее любых рассуждений доказывает, как необходимы друг другу и обогащают друг друга зоология и таксидермия.
Научные экскурсии, постоянное внимательное изучение птиц в природе давали Лоренцу-таксидермисту знания, совершенно необходимые для того, чтобы изготовленное чучело выглядело «живым». С другой стороны, таксидермические занятия предоставляли массу интересных возможностей Сборы Лоренца не раз служили науке. «…Все представлявшее научный интерес им предлагалось прежде всего Московскому университету, московским зоологам, отчасти Зоологическому музею Академии наук…. Равным образом Ф. К. с удивительной готовностью работал на провинциальные естественно-исторические музеи…», – писал М.А. Мензбир. Еще одна неоценимая сторона деятельности Лоренца – его ученики. К их числу можно отнести и основателя Государственного Дарвиновского музея, доктора биологических наук, профессора Александра Федоровича Котса.
А.Ф. Котс и сам был талантливым таксидермистом. Начав заниматься препараторским искусством в 12 лет, к окончанию гимназии он уже вполне овладел мастерством таксидермиста, о чем свидетельствуют полученные им награды за представленные на выставках чучела птиц собственного изготовления – Малая серебряная (1896) и Большая серебряная (1899) медали от Императорского Русского общества акклиматизации животных и растений. Позже он познакомился с Лоренцом, их знакомство и дружба сыграли большую роль в создании уникального музея. По замыслу А.Ф. Котса, музейная экспозиция должна быть не только научной, но и зрелищной. А потому он не только собирал зоологические коллекции для будущего музея, но и искал лучших мастеров для их обработки. «Решающим моментом для создания Дарвиновского музея было само наличие в Москве талантливых таксидермистов и художников», – писал Котс. Имена талантливых художников-анималистов, работавших с Котсом, широко известны. Это А.Ватагин, К.Х. Флеров, А.Н. Комаров, Н.Н. Кондаков, В.Я. Трофимов... А кто же были эти талантливые таксидермисты? «Без Лоренца и его фирмы не было бы самого талантливого его ученика, неизмеримо превзошедшего его по мастерству, – Филиппа Евтихиевича Федулова, создателя громаднейшего большинства всех препаратов Дарвиновского музея. Если бы не было Федулова – не было бы и музея» – писал Котс.
В семье Федуловых было шестеро детей. Двое старших сыновей занялись скорняжным делом, профессия привела их в мастерскую Лоренца. Приобщившись к препараторскому искусству, они потянули за собой остальных. Так в Москве возникло «Федуловское племя» талантливых таксидермистов, усердием и дарованием которых были созданы сотни замечательных экспонатов для биологических музеев России. Самым талантливым из них был Филипп, ставший, по выражению Котса, «подлинным Себастьяном Бахом в этой области». В 1914 г. вместе с ним в музее начал работать его племянник – Дмитрий Яковлевич Федулов, также ученик мастерской Лоренца. Проработав в музее более полувека, он создал множество чучел самых различных животных, особенно прославился в области «филигранной» таксидермии, овладев искусством изготовления чучел самых миниатюрных птиц – колибри.
ТЕХНОЛОГИЯ
Работа таксидермиста, если не считать изготовления охотничьих трофеев, используется практически только в биологии. И здесь есть две сферы. Первая – изготовление различных препаратов для учебной работы, их требуется достаточно много, но к ним не предъявляются повышенные художественные требования. Вторая – изготовление музейных экспонатов. Их, естественно, нужно меньше, но требования к ним очень высоки. Чучела животных должны оформляться как художественные произведения, и решающая роль в этом всегда остается за таксидермией. От качества чучел, от того, насколько точно и правдиво отражают они объективную реальность, в значительной степени зависит не только эстетическое, но и педагогическое воздействие экспозиции. Неудивительно, что хорошие таксидермисты в музеях – на вес золота.
Перечень работ, единолично выполняемых Ф.Федуловым
- Препараторские – съемка шкур с животных.
- Сырейные – кваска и дубление шкур.
- Кузнечные – сооружение металлических станков для крупных чучел.
- Столярно-плотничные – изготовление деревянных манекенов для крупных чучел.
- Резные по кости и дереву – изготовление искусственных звериных черепов и зубов к ним.
- Скорняжно-прошивные – сшивание звериных шкур.
- Малярно-москательные – изготовление мастик и лаков, варка растворов мышьяка для протравки экспонатов.
- Лепные и муляжные – реконструирование мягких тканей на звериных черепах или конечностях при имитации природной мускулатуры.
- Собственно таксидермические – набивка чучел.
- Декоративные – отделка постаментов и подставок для чучел».
Традиционная технология – метод накрутки. Метод этот включает несколько этапов. Сначала сооружают каркас из проволоки и костей скелета; потом из стружки, соломы или пакли изготавливают манекен по каркасу туловища, конечностей и головы; после чего на манекен натягивают шкуру и зашивают ее…
СОВРЕМЕННАЯ ТАКСИДЕРМИЯ
Таксидермия – профессия консервативная. Со времен Федулова и Котса в ней мало что изменилось. Ученый секретарь Зоологического музея МГУ М.Калякин рассказывает, как наблюдал изготовление чучела слона в Парижском музее уже в наше время. «Весь слон был покрыт тысячами булавочек, которыми делали все складочки, морщинки кожи, пока она мягкая». По-прежнему таксидермисту необходимо хорошее знание анатомии, биологии и экологии животных; владение методами скульптурной лепки и формовки; точное знание физико-химических свойств используемых в работе материалов; наличие художественного вкуса и чутья. При отсутствии учебных заведений и при том, сколь многих знаний, навыков и талантов требует это ремесло удивительно, что таксидермисты вообще существуют.
Но даже самые успешные современные таксидермисты приходят в профессию прежним путем – они самоучки. Владимир Сухарев, один из самых известных сегодня российских таксидермистов, с детства интересовался птицами, наблюдал за их жизнью. «Когда отец приносил с охоты селезней, я любовался их оперением и жалел, что такая красота пропадает. Мне кажется, что именно тогда, когда я оценил красоту животного мира и одновременно увлекся лепкой, во мне и родился будущий таксидермист». Искусство таксидермии – в умении делать чучела «живыми». Более-менее сносно приладить шкуру к манекену сможет при желании любой, а вот создать композицию, наполнив ее энергией и сделав сценой из природы, способен только настоящий художник. Это высший пилотаж таксидермии, по сути – искусство.
