Тайна фотографии. Работа 1-й команды школы 38 (Самара)
Материал из Wiki.
Тайна фотографии  Мать. Фото на немецкий "Аусвайс"
Что-то необъяснимое настолько притягивает нас, что хочется вновь и вновь рассматривать фотографию. КАКУЮ ТАЙНУ ХРАНИТ ОНА? БОЛЬШИЕ ЛУЧИСТЫЕ ГЛАЗА . Старый пожелтевший снимок НЕ МОЖЕТ СКРЫТЬ ИХ КРАСОТЫ. Почему же нам так грустно? Всё тревожнее становится на душе...И только спустя какое-то время понимаем: ПРЕКРАСНАЯ НЕЗНАКОМКА ЧЕМ-ТО СИЛЬНО НАПУГАНА. ЕЁ ГЛАЗА МОЛЯТ О СПАСЕНИИ. НО ВЗГЛЯД ПОЛОН РЕШИМОСТИ И ТВЁРДОСТИ, ЧТО ПОНИМАЕШЬ: ОНА БОИТСЯ НЕ ЗА СЕБЯ. «А В ГЛАЗАХ ЗАТАИЛАСЬ БОЛЬ…» НАТАЛЬЯ ФЁДОРОВНА УЮТОВА. Наташенька. Ната. Весёлая, задорная девчонка. Такой встретил её молодой лейтенант, политрук Михаил Уютов. Такой полюбил и запомнил, уходя на фронт. Ту, что на фотографии, он и не признал бы! Что же должно было случиться, что так изменило его красавицу жену? Наталью сфотографировали в первые дни войны фашисты на свой «Аусвайс-документ» (Такие документы передавали тем, кто выкупал узниц для работы в хозяйстве ). А было маме Людмилы Михайловны Голодяевской всего-то 19 лет! Когда немцы начали бомбить погранзаставу в Кретинге («Семейная реликвия» и «Разговор с легендой»), Наташа выбежала из дома в лёгком ситцевом халатике, в том самом, что на снимке. К груди она бережно прижимала узелок с детским приданым…Вот за кого так боялась Наталья Уютова – за свою будущую доченьку Людочку! Во что бы то ни стало надо спасти её! И спасла, как тысячи других, таких же, как она МАТЕРЕЙ, спасли своих и чужих детей.
Скорбные лица - как богоматери. А в глазах затаилась боль. Это наши СВЯТЫЕ МАТЕРИ, Заслонившие нас собой, -
Эту фотографию Людмила Михайловна увидела впервые в январе 1988 года. До этого времени она бережно хранилась в семье Игнаса Каунайтиса, ждала своего часа. …Есть в Прибалтике один энтузиаст, преподаватель Клайпедского сельскохозяйственного техникума, Римгайла Витаутас Ионович, который с 1962 года начал собирать материалы о десятой стрелковой дивизии и 105-м погранотряде ( политруком был Михаил Уютов). Очень много людских судеб открылось тогда миру. Путь многих оканчивался в Димитравасе, куда попала и Наталья Уютова. Постепенно накапливался большой материал об узницах этого лагеря. Архив Димитраваса не сохранился: фашисты при отступлении сожгли лагерь вместе с документами. Но Витаутас Ионович не сдавался: он давал объявления в газетах о своих поисках. К нему стали приходить женщины, выжившие каким-то образом в этом аду. Стали вспоминать фамилии тех, кто там был. Среди откликнувшихся на объявления была семья Каунайтисов, которые спасли Наталью и её маленькую дочку от голодной смерти. Людмила Михайловна рассказала нам, как это было. …К зиме 1941 немцы стали продавать узниц литовским хуторянам, чтобы не кормить даром. Продали и Людмилу с матерью. «И вот мою маму взял к себе один зажиточный крестьянин. Мама была у меня очень привлекательная, и он начал за ней ухаживать. Пригрозил: если будет сопротивляться, донесет, что она жена политрука. И мама ночью сбежала от него.Люди ей подсказали: беги к Игнасу Каунайтису. Сбежала ночью, раздетая, босиком, со мной на руках. А мне четыре месяца всего было", - вспоминает Людмила Михайловна. Игнас спрятал Наталью, а утром поехал, чтобы официально зарегистрировать. Сказал, что берет к себе литовку, которая была замужем за русским. Очень помогло сейчас то, что Наталья немного говорила по-литовски (Как пригодился сейчас совет мужа: учи литовский.) Каунайтис придумал ей литовскую фамилию, дал немцам взятку: заплатил пять марок. (Столько стоила женщина с ребенком). Игнас сказал Наталье: «Будешь моей старшей дочерью, а дочка твоя — моей первой внучкой». И первая кружка молока после дойки коровы была всегда для Людочки. «Это были исключительно добрые люди. У них было своих семеро детей и ещё двухмесячный еврейский мальчик, мать которого, чтобы его спасти, передала из кретингской тюрьмы.  Семья Игнаса Каунайтиса. Фото 50х годов Я уже что-то начала лопотать,- рассказывает нам Людмила Михайловна.- Очень рано заговорила, несмотря на то, что была слаба, совсем плохо росла. Игнас пришел в ужас, когда стал забирать нас на вторую зиму. У меня ногти и волосы не росли, вся голова была в гнойниках. Почему? Совсем недалеко от лагеря, в Паланге, разместился госпиталь военных летчиков, и для них у нас брали кровь. На этот раз гораздо чаще, чем в первый год. Брали кровь поспешнее и небрежнее, чем раньше. И гнойники на моей голове не заживали. Игнас даже плакал, глядя на меня». Так две зимы прожили Уютовы у добрых людей. Весной Игнас хотел их спрятать, но не успел... Когда его не было в доме, немцы с полицаями сделали облаву и обнаружили Люду и её маму. Их вновь забрали в Димитравас, затем увезли в Майданек. Посчастливилось, что Игнас успел оформить на Уютовых справку, которая удостоверяла, что они - литовки. И эта бумага помогла потом им выжить в Майданеке, Освенциме, Макиндорфе... Вторая встреча с семьёй Игнаса произошла уже в 1988 году. « Римгайла Витаутас Ионович разыскал адрес моего отца Уютова Михаила Павловича через архив Министерства Обороны (отец был полковником в отставке)и написал письмо Наталье Уютовой по этому адресу, думая, что мама живёт там. Но вторая жена отца письмо уничтожила. После его смерти моя младшая сводная сестра передала мне спрятанное её матерью второе письмо, присланное моей маме из Литвы от некоего Римгайлы, совершенно незнакомого нам тогда человека. Он писал, что занимается поисками узников концлагеря Димитраваса. И ему известно, что среди них была Наталья Уютова. Если она получит это письмо, то он приглашает её в этот город. Но мамы уже не было в живых. И вместо нее в январе восемьдесят восьмого года я поехала туда с дочкой», - продолжает свой тяжёлый рассказ Людмила Михайловна. Римгайла Витаутас Ионович, который к тому времени стал директором общественного музея «Боевой славы» сельскохозяйственного техникума, встретил Людмилу Михайловну и её дочь Наталью в Клайпеде, привез в свой дом. Здесь их познакомили с бывшей узницей Димитраваса, Варварой Ивановной Третьяковой, ставшей общественным экскурсоводом. Она и Кретингу показала, и краеведческий музей. Димитравас стал филиалом Кретингского краеведческого музея. День был не экскурсионный, но им выделили автобус, отвезли в Димитравас, показали всю экспозицию. - Людмила Михайловна, а как произошла ваша встреча с Каунайтисами? – спросили мы Людмилу Михайловну. - Во время этой зимней поездки Витаутас устроил встречу с Леокадией, дочерью нашего спасителя, Каунаса. Сам Игнас Каунайтис умер еще в семидесятых годах, но ощущение было такое, словно он жив и нас встречали самые родные и близкие люди, как будто мы всю жизнь были знакомы. Моя дочь оказалась очень похожа на мою маму. И старая Виктория Каунас, жена Игнаса ( ей сейчас 91 год), всё время плакала. Гладила мою Наташу по голове и говорила: « Ну всё, как у твоей бабушки, только глаза у той Наташи были серые».  Фото Л.М. Голодяевской. 1988г Бабушка Виктория даже помнила цвет маминых глаз. Эта семья стала для меня и моих детей самой родной. А летом, двадцать второго июня 1988 года состоялась встреча бывших ветеранов 205-го погранотряда — бывших узников концлагеря Димитравас, куда Людмила Михайловна Голодяевская приехала с сыном Павлом. Её дети должны были знать, какой мужественной женщиной была их бабушка! А сколько людей помогало им с мамой! Разве об этом забудешь?! Очень трогательной была встреча Людмилы Михайловны с семьей Шпаковских из Киева. Старая седая женщина сказала своему сыну, показав на Людмилу: - Вот, Женя, познакомься, это твоя молочная сестра. - Мы родились в лагере с разницей в две недели, и наши матери всеми способами старались, чтобы хоть одна из двоих оставалась в лагере, когда всех гнали на работу. Каждая кормила двоих детей. Мы бы умерли, как умирало множество других малышей. Ведь из всех детей, рожденных в лагере, в живых осталось только четверо,- с болью в голосе рассказывает Людмила Михайловна.
Две фотографии, две семейные реликвии, висят на стене: довоенный снимок мамы и папы Людмилы Уютовой и карточка мамы с немецкого «Аусвайс»…Эта фотография встретилась с семьёй через 47 долгих лет, уже после смерти той, что на ней запечатлена, чтобы, как и раньше, при жизни, оберегать дорогих для неё людей... ЭТО НАШИ СВЯТЫЕ МАТЕРИ, ГЕРОИНИ БЕЗ ЛИШНИХ СЛОВ… Вспоминаем мы слова из стихотворения Людмилы Михайловны Голодяевской, и на сердце становится тепло и торжественно от соприкосновения с легендарным и великим...СТАРЫЙ ПОЖЕЛТЕВШИЙ СНИМОК РАСКРЫВАЕТ СВОЮ ТАЙНУ...
|
